O “возвращении территорий хозяину”



За последние месяцы сразу несколько китайских порталов опубликовали статьи на тему исторической принадлежности территории современного Таджикистана Китаю. Повторяющийся нарратив китайских коллег вызвал напряжение у таджикистанцев, воспринимающих обсуждение земельного вопроса с КНР (после передачи земель РТ в пользу Китая в 2011г.– ред.) с крайней настороженностью.

15 февраля министр иностранных дел Таджикистана Сироджидин Мухриддин на ежегодной пресс-конференции заявил, что на официальном уровне Душанбе направил ноту протеста во внешнеполитическое ведомство Китая. 

Министр заявил, что в Таджикистане возмущены данными публикациями на китайских порталах. Внешнеполитическое ведомство Китайской Народной Республики, что показательно, Таджикистану не ответило, но публикации были удалены.

Таджикистан ­– друг, но истина дороже

С момента “дипломатической победы” – так иногда в Таджикистане называют передачу части земель на Памире Китаю – в Поднебесной постоянно говорят об исторической справедливости в духе: “Вернули то, что принадлежало”.

Так, китайские СМИ, а именно историк Чу Йао Лу, уже писал о “возвращении территорий хозяину”. Надо отметить, что статья была размещена еще летом 2020 года на двух самых известных веб-сайтах Таджикистана. Автор подчеркивает, что после 1912 года под давлением Запада Китай потерял часть своих земель. Некоторые были возвращены, но “некоторые остаются территорией других стран”, одна из таких земель – Памир, “который 128 лет не принадлежит Китаю”. Сейчас, не совсем понятно, именно из-за этих ли публикаций была направлена нота (или были еще). Уже неизвестно, однако на данный момент времени публикации историка недоступны.

На границе все лишние кроме Китая

Надо отметить, что китайская природно-ресурсная монополия уже давно закрепилась в Таджикистане. В стране работают совместные золотодобывающие предприятия. Практически во всех отраслях промышленности присутствует Китай. Действуют по бартерным сделкам, например, построили ТЭЦ, взамен получили от Таджикистана богатейшие месторождения, которые буду осваивать пока не покроют все затраты.

Собственно, ноту протеста МИД РТ можно рассматривать даже как некую формальность. Это то, на что нужно было реагировать, потому как власти Таджикистана периодически обвиняются в излишней услужливости Китаю, а последний активно этим пользуется.

Еще с 2004 года Китай показал одному из главных стратегических партнеров Таджикистана – России все свое влияние. Пока не ушли российские пограничники, Китай не открывал дорогу Душанбе-Хорог-Кульма – нить,соединяющую Таджикистан и Китай. Тогда все это делалось под предлогом нарушения международного договора, границы страны не должны быть под охраной чужих войск… Сценарий разворачивался, по сути, под молчаливое согласие официального Душанбе.

По тысяче, по тысяче – в дом

В целом же так повелось, что в Центральной Азии как минимум два государства тонут в кредитах от Поднебесной (Таджикистан и Кыргызстан). В долг Пекин дает легко и быстро, но забирает потом территорией или природными ресурсами.

Таджикско-китайская граница регулируется с 1999 г. основным соглашением “О таджикско-китайской государственной границе”, а также уже дополняющим соглашением начала 2000-х “О демаркации границы и урегулировании споров”. Согласно последнему, в 2002 г. Таджикистан отказался от тысячи кв.км в Восточном Памире в пользу КНР. В 2011 г. был ратифицирован протокол к соглашению о передаче 28,5 тысяч квадратных километров Мургабского района на Памире.

Отдали горную местность – это же так страшно…

Таджикистан – самая маленькая страна в Центральной Азии, территорию в почти 30 тысяч кв.км. называют здесь ощутимой потерей. Прошло 10 лет, однако споры по решению 2011 года до сих пор не утихает. Некоторые таджикистанцы тогда обвинили власти в нарушении Конституции, а именно 7 ее статьи: “О неприкосновенности и неделимости территории Таджикистана”.

Территория же самого Памира – уникальна и богата. В 2010 году вступило в силу соглашение между главным управлением Геологии Таджикистана и геологической службой министерства земли и запасов КНР о проведении совместных геологических исследований в приграничных участках. Однако исследования на деле ушли далеко от границ. Китайские специалисты вели работы 6 лет и в глубине Памира в том числе. Китайские специалисты весь Памир подробнейше изучили и нашли здесь за это время еще 47 наименований полезных ископаемых. 

Только за один сезон из Таджикистана было увезено до 5 тонн горных пород. Надо отметить, что в самом крупном месторождении серебра (4 место в мире) – “Бозо Дара” с 2015 года работают китайцы. Там построен огромный завод, цех, почти 100 км дороги. Год назад парламент Таджикистана одобрил соглашение, по которому китайская компания приступила к разработке серебряных месторождений. Кроме того, китайцев освободили от всех налоговых уплат и таможенных платежей на ближайшие семь лет. Как это назвать иначе, если не реверанс в сторону Поднебесной?

Ресурсами дело все же не ограничивается. Горная порода – вещь хорошая, однако, геополитические интересы никто не отменял. С 2016 года действует двухстороннее соглашение между Таджикистаном и Китаем “об укреплении таджикско-афганской границы”. Укрепление границы КНР поняла буквально и патрулирует территорию, также действуют четыре штаб-квартиры, тренировочная база, воинские части и комиссариат. Это можно назвать абсолютным военным присутствием Китая, в котором, кстати, китайские партнеры еще совсем недавно обвиняли Россию. Совместные таджикско-китайские учения проходят постоянно с 2016 года.

“Дипломатическая победа”, продолжение истории

Нынешнее возмущение официального Душанбе и ответ дипломатов можно понять. Ведь статьями на китайских порталах дело не ограничивается. Год назад путешественник из КНР разместил на портале “Новый взгляд на Великий Шелковый путь летом 2020 года” историю про Таджикистан. Там он рассказывал о нищете в столице, о том, как покупал бананы голодной таджикской семье. Публикация возмутила общественность, но власти никак не отреагировали. Журналист-историк-путешественник Джонг Лусен вскоре удалил все публикации, во избежание скандала – в точности, как это было и с публикациями упомянутого историка Чу Йао Лу.

Тем временем, почему тема земель Памира вновь поднялась в СМИ и, собственно, зачем обсуждать то, что китайцы уже получили – непонятно. Например, СМИ Индии писали, что Китай граничит с 14 государствами и ко всем без исключения имеет территориальные претензии. Такая информ-кампания сопровождала ответ на вооруженный конфликт в Ладакхе – на границе КНР и Индии, в ходе которого погибли военнослужащие Индии.

Совершенно очевидно, что официальный Душанбе, в свою очередь, бережет отношения с Китаем. А направленная нота – это дипломатический ход, чтобы Таджикистан и дальше не обвиняли – изнутри и извне – в том, что Китаю “все можно”.

Тем не менее, как только поднимается тема отношений между Таджикистаном и КНР, только ленивый не вспомнит про Мургаб и его земли, которые, кстати, китайские СМИ просто называют “Памир”. Многие таджикистанцы считают, что здесь ошибки китайская сторона со своей понятной целью и не усматривает. Памир – это вся территория, а Мургаб – ее лишь ее часть.

Be the first to comment

Leave a Reply

Your email address will not be published.